Следствие длиной в 100 лет (юридический аспект)

 

Смыкалин А.С.^*

 

        

Summary

 

The article analyzes the materials of the investigation in connection with the murder of the imperial family of Nicholas II in June 1918 in the city of Yekaterinburg. Attention is drawn to the fact that the legal aspects of the investigation were not the subject of scientific research earlier. The historical situation of that period of time has been consistently and thoroughly examined. Particular attention is paid to the activities of the Government Commission, established in 1993. Attention of leading scientists - lawyers is drawn and remarks are made, of a legal nature, regarding the legitimacy of the decision of the commission..

 

Key Words: Nicholas II; the murder of the royal family; Ekaterinburg, July 1918; investigation; Governmental Commission of 1993; legitimacy of decisions.

 

 

Именно столько лет исполняется в июле 2018 года в связи с трагическими событиями в Екатеринбурге. Речь идёт о гибели или загадочном исчезновении императорской семьи Николая II. Казалось бы, прошло уже достаточное количество времени, но, к сожалению, поставить окончательную точку в ходе расследования злодеяния, устроенного большевиками, мы не можем даже сегодня. Сотни версий, существующих в исторической историко-правовой науках свидетельствует об этом. Засекреченность некоторых материалов, к которым в 1993 году не получила допуск даже П равительственная К омиссия. Подтасовка материалов ДНК, позиция Русской Православной Церкви, международная тайна монархов Европы и многое другое подтверждают тот факт, что вопрос не разрешен до конца. И как не вспомнить слова выдающегося писателя современности Сергея Довлатова, который писал: «Истинное мужество состоит в том, чтобы любить жизнь, зная о ней всю правду»^[1]

Попытаемся и мы восстановить малоизвестные факты жизни царской семьи Романовых в Екатеринбурге летом 1918 года. В основном, в литературе изложены две версии: «красногвардейская» и «белогвардейская». Думается, что они не являются исчерпывающими. Поэтому попытаемся восстановить ход исторических событий на Урале. 

Вероятнее всего судьба царской семьи Романовых явилась разменной монетой во взаимоотношениях большевистской России и Германии. Такой вывод возможно сделать анализируя английские источники, в частности рассекреченные материалы МИ-6. В.И. Ленин и Я.М. Свердлов многократно встречались с послом Германии  Мирбахом и регулярно просили у него деньги на революционные цели в России, в частности на укрепление Красной Гвардии. Об этом свидетельствуют документы секретных архивов МИДа Германии, захваченные в 1945 году после победы во второй мировой войне.

Следовательно, одной из версий была – политическая. И здесь возникает вопрос – опубликован ли полностью текст Брест-Литовского договора, заключенного 3 марта 1918 года. Особенно странной, применительно к нашей теме исследования, является статья 21 из которой следует: Гражданам каждой из договаривающихся сторон, которые сами или предки которых являются выходцами из территорий противной стороны, должно быть представлено по соглашению с властями этой стороны, право на возвращение на родину, из которой исходят они или предки, в течении десяти лет после ратификационного договора»^[2]

Анализ выделенной статьи 21 отчетливо показывает, что она очень подходит к гессенско - дармшадской принцессе и российской императрице Александре Федоровне Романовой и ее детям.

Теперь становится более понятным почему в советских социалистических источниках на это не обращалось особого внимания, как впрочем и на сознательно запутанный факт произошедших событий летом 1918 года в Ипатьевском доме в г. Екатеринбурге.

Естественно, что учитывая более широкие возможности доступа к источниковой базе, более успешно эти исследования велись на Западе. Об этом свидетельствует и Меморандум Российской зарубежной экспертной комиссии и обращение к Президенту РФ Борису Николаевичу Ельцину, подписанный видными исследователями этой проблемы за рубежом.

Приведем некоторые извлечения из этого, малоизвестного в России, Меморандума Российской Зарубежной экспертной комиссии, проводившей собственное расследование гибели Романовых в Екатеринбурге. Этот документ был направлен Президенту России Борису Николаевичу Ельцину.

 

Письмо Ельцину от Российской Зарубежной Экспертной Комиссии

 

RUSSIAN EXPERT COMMISSION ABROAD

Founded 1989

An Inquiry Into The Fate Of The Remains Of The

Members Of The Russian Imperial House Murdered By

The Communists In Ekaterinburg On 17th July 1918

18 января 1998 г.

 

Глубокоуважаемый Борис Николаевич!

 

Наша комиссия существует 9 лет. Основатели ее и большинство состава представляют собой поколение тех людей русского происхождения, которые сами или через своих родителей, обладают непосредственной тесной непрерывной связью с дореволюционной Императорской Россией, а также участников Белого движения, которые в Гражданскую войну боролись с большевизмом-коммунизмом в течение 5 лет (1917-1922). Уйдя на чужбину, они более 70 лет продолжали защищать честь России и стоят за правду и совесть русского народа по всему миру.

Обращаемся к Вам как человеку, прекратившему в 1991 году коммунистическое лихолетие в России, восстановившему свободу, справедливость, законность и правду. Вот вопрос о правде нас чрезвычайно волнует, т.к. вот уже в течение девяти лет мы изучаем и исследуем вопрос о мнимых останках Царской Семьи и их слуг. Чем больше мы находим недоговоренности, незаконченных исследований, отсутствия профессионализма в криминалистическо-медицинских исследованиях и неимоверной засекреченности, проистекаюшей из показаний и деятельности Российской Правительственной Комиссии в Москве. Поэтому посылаем Вам это наше открытое сокращенное обращение (Меморандум N3) с призывом обратить внимание на многочисленные незаконченные исследования, о которых мы пишем ниже. Просим Вас предпринять шаги и не допустить скандальной всемирной авантюры и позора для России.

Нас чрезвычайно беспокоит совершенно непонятная и ненужная спешка и возня, созданные вокруг предположительных останков Царской Семьи, возможно, найденных в Екатеринбурге в 1991 году. Мы занимаемся этим вопросом с середины 1989 г., когда появились первые сведения в прессе об этом деле.

На наши просьбы к Государственной Комиссии, занимающейся этим вопросом с 1993 года, мы получили только отписки и формальное приглашение в Москву к шапочному разбору в сентябре 1995 г., когда Комиссия РФ пыталась провести свою порочную версию событий 1918 года. Мы слышали об уголовном деле N13/3-91 и о деле N16-/123666-93, но никак ни того, на другого получить не могли и должны были довольствоваться сообщениями средств массовой информации, во многом противоречивыми и неполными. Таким образом как наша Комиссия, так и мировая научная общественность продолжают быть не осведомленными о работе Государственной Комиссии РФ.

В середине 1994 г. наша комиссия отправила письмо Юрию Ф.Ярову, председателю Государственной Комиссии, с предложением помочь в деле исследования ДНК Императрицы Александры Федоровны. Мы предложили кровь и кость Великой Княгини Елизаветы Федоровны (родной сестры Императрицы), на что мы не получили никакого ответа.

Одним из главнейших неисследованных вопросов в деле ДНК является неустраненное сомнение в деле о ГЕМОФИЛИИ, носительницей которой являлась Императрица и по всей вероятности все четыре ее дочери. Удивительно, что не было даже попытки исследования в этом направлении несмотря на то, что д-ру Питеру Гиллу в Англии удалось получить и воссоздать нуклеарный ДНК и, таким образом, иметь возможность анализировать его на предмет наличия в нем гемофилии.

В мае 1992 г. в Петербурге члены нашей Комиссии Кн. Алексей Павлович Щербатов и Петр Николаевич Колтыпин-Валловской в личной встрече с А.Авдониным в двух часовой беседе с ним посоветовали ему следующее:

1) При помощи иностранный ученых обязательно провести анализ ДНК между костями Императора Николая II и Его матери, вдовствующей Императрицы Марии Федоровны, останки которой находятся в королевской усыпальнице в Дании.

2) Получить из Японии часть окровавленного бинта от ранения Цесаревича Николая Александровича, находящегося в музее в Японии.

Одновременно они дали ему много других практических советов по этому делу. К глубокому сожалению, наши предложения были проигнорированы. Нам также известно, что Ольга Николаевна Куликовская предлагала Гос. Комиссии кровь ее покойного мужа, Тихона Николаевича Куликовского, прямого племянника Государя Николая II, на что последовал тоже отказ. Почему?

Ко всему вышесказанному необходимо добавить, что ключевой проблемой в деле ДНК о мнимых Царских останках это то, что полностью отсутствует "цепь законного обладания", документ строго устанавливающий, откуда взята кость или ткань или бумага и куда доставлена. Это фундаментальное всемирное правило, без которого криминально-медицинское исследование не может считаться законным.

Строгие правила криминально-медицинского исследования требуют проверки всех останков, найденных в захоронении. В этом случае проверили только пять как бы принадлежащих Царской Семье. А остальные четыре, предположительно принадлежащих д-ру Е.С.Боткину, А.Е.Труппу, А.С.Демидовой и И.М.Харитонову, исследования по/на ДНК не сделано. Так делать нельзя.

Интересно будет узнать, как готовил сыворотку для ДНК кандидат биологических наук П.Л.Иванов, ведь кости совершенно смешанные и американским ученым понадобилось очень много времени, чтобы привести их в какой-то порядок, и сделано это было приблизительно и только на глаз. Ввиду того, что "преемственность законного обладания" была нарушена при эксгумации тел, то теперь надо будет восстановить ее хотя бы примерно наличием трех-пяти проб из различных мест одного и того же скелета, чтобы определить целостность. Если эти пробы сойдутся, то только тогда можно будет считать, что это скелет одного и того же лица.

Мы неоднократно говорили Государственной Комиссии РФ, что начинать надо с азов, и таким "азом" является так называемая "Записка Юровского", которую следователь С.Н.Соловьев совершенно справедливо посчитал ключевой и назначил в 1993 году над ней экспертизу. К сожалению, с той поры все замолкло и никакой экспертизы не состоялось, по крайней мере, нам ничего не сообщено и не было о ней ничего в средствах массовой информации.

Ключевая она по серии вопросов: Во-первых, как уже было полностью доказано Юрием Алексеевичем Бурановым, доктором исторических наук, эта так называемая записка не писалась Юровским, который был малограмотным, что, без сомнения, явствует из писем и рапортов Гражданской войны. Скорее всего, она отдает типичной для того времени канцелярщиной и напечатана совсем в другие годы. Во- вторых, она писалась, по всей вероятности, даже и не Покровским, как некоторые отговариваются, т.к. слог не его. В-третьих, она писалась человеком, не бывшим на той территории, которую он описывает. В-четвертых, она содержит обстоятельство, не подтвержденное в 1918-1919 г. Следователем Н.Соколовым: " Юровский" пишет, что утром 18-го июля выкопали было поблизости шахты большую яму для убитых, но пришлось ее закопать, т.к. проезжий крестьянин увидел ее и мог сообщить о ней. Никаких следов таких земляных работ на этом месте в результате чрезвычайно досконально проведенных Соколовым розысков не обнаружено. В-пятых, все указывает на то, что "Записка" была составлена примерно в 1930-33 гг., апострофы исчезли и заменены снова твердыми знаками, а новая орфография прочно устоялась.

Как можно было это захоронение "вычислить", основываясь только на рукописных пассажах "Записки Юровского"? Даже они покрывают громадную территорию и без какой-то наводки их вычислить просто невозможно. А их кто-то навел, кто-то указал. Общественность должна точно знать, как получили эту наводку гг. Рябов и Авдонин? Как получил эти сведения сопровождающий Маяковского, автора в 1928 г. стихотворения "Император"? Значит, кто-то знал, кто-то указывал еще тогда. Теперь его имя и должность должны быть точно установлены.

Мы подозреваем, что история Царских останков примерно следующая. Они были доставлены в лес у Коптяков и там пытались их сжечь, но они огню не поддавались и их решено было временно сбросить негде в болоте или сохранить в каком-то строении до лучших времен. Когда белые ушли из Екатеринбурга летом 1919 г., то тела или то, что от них осталось собрали и тайно захоронили у "мостика", но, по-видимому, смогли собрать не только не все разрубленные на части тела, но и вовсе недосчитались Наследника и Великой Княжны Марии или Анастасии. На этом месте стоит Ермаков на фотографии в 1919 г., а мостик этот явно перекрыт свежими бревнами.

Спрашивается только, зачем было городить огород с "Запиской Юровского" - но таковы уж были нравы - авось, пригодиться. И пригодилось - Гелию Рябову и Александру Авдонину. Но это все лишь догадки, данные приведет только экспертиза.

В "Комсомольской правде" от 25 ноября 1997 г., Александр Мурзин, журналист, дает свои показания о его разговоре с П.Ермаковым, убийцей Царской Семьи, со слов которого большинство тел были уничтожены. В рассказе Ермакова все время маячит число убитых в Ипатьевском доме как тринадцать, одиннадцать членов Царской Семьи и слуг и два красноармейца, отказавшихся стрелять в девиц и которых там же убили. С появлением этих сведений поднимается вопрос: а где же скелеты красноармейцев? Одновременно необходимо сейчас же вспомнить статью, напечатанную за границей в газете "Русская Жизнь" от 17-го июля 1968 г. под заглавием "Исповедь Белобородова". В этой статье Белобородов говорит, что уничтожили всех. Это говорит еще один убийца царской Семьи. Невольно возникает вопрос, почему показания Ермакова и Белобородова не приняты во внимание и не исследованы Гос. Комиссией?

В Екатеринбурге в газете "Новая хроника" N44 от 3 ноября 1995 г. было сообщено Федеральной Службой Безопасности, что у них хранится многотомный архив в 700 страниц по делу Царской Семьи, в котором описывается вскрытие этой же могилы в 1946 г. Но когда академик Вениамин Васильевич Алексеев обратился с просьбой изучить архив, ему отказали: секрет, опять секрет. Секретность совершенно не нужна в этом деле. Более того, она лишь наводит на мысли о недобросовестности проведения данного предприятия, которые ведут совершенно в сторону. Нет ничего в этом деле, что могло бы представлять собой тайну; наоборот, все должно стать всеобщим достоянием. Келейный образ ведения дел вызывает только отпор, подозрения и недоверие.

Для правильного ведения дел необходимо восстановить "цепь законного обладания", которая была нарушена при эксгумации тел, исследований ДНК и других случаях. В первую очередь надо определить точно, чьи черепа катались в подмосковную дачу, необходимо определить их ДНК. Вполне возможно, что с черепами произведен подлог, и это надо выяснить; думается также, что черепа - это вольное творчество органов, потому-то у черепа Государя нет костной мозоли от ранения на правой стороне черепа, да и сам череп был то мужской, то женский. Надо установить точно про ранение Императора Николая II от удара саблей в Японии в 1891-м году. В дворцовом ведомстве и городах Сибири в больницах должно быть что-то об этом.

Ввиду неимоверно важного значения этих останков как для чести России, так и для совести русского народа, необходимо достичь полной правды в этом деле, мы опять повторяем, что обязательно надо полиграфировать всех еще живущих "первооткрывателей" дела о "Царских Останках", особенно Рябова, Авдонина, Радзинского и точно определить, как они дошли до могилы, т.к. ранее данные ими объяснения неправдоподобны. Теперь прибавляется еще один человек А.П.Мурзин, который может дать критические сведения о Ермакове. Все эти люди уже в летах и поэтому их полиграфирование нельзя откладывать. Вообще для обеспечения истины надо полиграфировать и других людей, которые имеют важные критические сведения.

27-го января 1996 года в газете "Аргументы и факты" было сообщено, что в одном из самых секретных государственных сейфов была обнаружена опись вещей, находящихся когда-то в "ленинских комнатах" Кремля. Одним из пунктов этой описи было "Банка с заспиртованной головой Царя Николая II". Заодно надо упомянуть, что за границей эта тема о судьбе головы Государя получила широкое распространение, начиная с 1920-х годов. Эта тема по сей день недостаточно исследована, хотя о ней есть множество упоминаний как в прессе, так и в литературе.

Юровский в своих воспоминаниях пишет, что он выстрелил в Государя в упор, в голову, но нет информации о входно-выходных пулевых отверстиях в черепе Скелета N4. и т.д.

Категория физических данных представляется нам самой недорасследованной во всем деле. Не произведены фундаментальные исследования "Времени и Движения" касательно действий, описываемых в "записке". В своем вышесказанном сокращенном к Вам обращении мы желаем Вас заверить, что мы искренне заинтересованы во всестороннем, полном и исчерпывающем исследовании всех сторон ужасной судьбы Царской Семьи и их окружения.

В частности, было бы очень желательно, чтобы была дана возможность ознакомиться и оценить результаты уже выполненных экспертных исследований международной комиссии специалистов, или, по крайней мере, членам Российской Зарубежной Экспертной Комиссии и другим заинтересованным заграничным лицам. Таким образом можно будет заручиться, что это дело выйдет на должный путь.

Уважающие Вас, Петр Н.Колтыпин-Валловской

Председатель

Кн. Алексей П.Щербатов

Вице-председатель

Проф.Евгений Л.Магеровский

Вице-председатель^[3]

Поставленные в Меморандуме вопросы не нашли своего ответа и сегодня. Попытаемся рассмотреть это с юридической точки зрения. Вопрос о факте расстрела или подмены «двойниками» членов царской фамилии летом 1918 года в г. Екатеринбурге является и сейчас одним из самых сложных и запутанных в истории следственной деятельности в России.

Попытаемся последовательно рассмотреть всё, что было известно о тех далеких событиях. Как подтверждают различные источники, впервые, попытка освобождения царской семьи принадлежала группе молодых офицеров Императорской Военной академии, которая была эвакуирована в столицу Красного У рала - город Екатеринбург. Главная инициатива принадлежала капитана Дмитрий Аполлоновичу Малиновскому. Уже в июне июле 1918 года при Советской власти этот офицер собрал группу единомышленников для решения задуманной акции. Но ничего не получилось, как отмечено в материалах допроса. Д. А. Малиновского.

Причины назывались две: 1) недостаток финансовых средств; 2)  их деятельность попала под контроль ЧК (чрезвычайной комиссии). 25 июля 1918 г.  в Екатеринбург  вошли белогвардейские части, но их судебные власти не спешили с расследованием “убийства” семьи Романовых. Более того, в первые дни, в дом Ипатьева, где содержались император и его семья,  вход был доступен и никем не охранялся. И лишь через несколько дней следственные власти все-таки  были вынуждены начать официальное следствие после того, как к ним поступил донос некоего  Горшкова, через третьих и четвертых лиц, получившего информацию о расстреле Царской семьи в доме Ипатьева.

Дело, открытое 30 июля 1918 года называлось так : «Дело об убийстве бывшего Императора Николая II и членов Его Семьи». Вести это следствие было поручено следователю Наметкину, которого привлек капитан Малиновский. Правда, Наметкин не долго занимался этим делом. Его попытки вести следствие привычными для него методами, то есть сначала методично собрать факты, а потом уж обосновать с их помощью версию, натолкнулись на непонимание офицеров, считавших, что надо быстрее искать трупы.

В результате следователь Наметкин, проработавший всего несколько дней, уже 12 августа был отстранен от следствия. Тем не менее, он оставил в следственном производстве единственный документ, в котором подробно описана обстановка верхнего этажа дома Ипатьева, как ее застали следственные органы.^[4]

Обычно исследователи опускают моменты и фамилии лиц, участвовавших на самых первых этапах расследования. Таким образом,  у неискушенного читателя складывается мнение, что первым следователем был назначенный генералом Дитерихсом -Н.А.Соколов. Все это очень хорошо вписывается, в так называемую, “белогвардейскую версию”, которая кстати устраивала и большевиков.

Если следователь А.П. Наметкин проработал всего несколько дней, то сменивший его новый следователь И.А. Сергеев проработал несколько месяцев. Затем, Верховный правитель, адмирал Колчак А.В. назначил ответственным за расследования генерала Дитерихса, этому предшествовал его приказ от 17 января 1918 года.

Некомпетентность генерала проявилась хотя бы уже в том, что практически безо всякого глубокого расследования, он по военному доложил в Омск Колчаку А.В., что им было установлено, что “в ночь с 16 на 17 июля (1918 года >-А.С.) в доме Ипатьева была расстреляна вся Царская семья, со всеми состоящими при ней лицами, а не только бывший Государь Император, как сообщали в своем объявлении советские власти”

Поэтому, если следователи понимали, что главное для того, чтобы возбудить уголовное дело об убийстве, было наличие трупов, то генерал Дитерихс прежде всего старался оповестить мир.

Как профессионал, следователь Сергеев считал главной задачей установление самого факта события преступления.

Это, естественно, вызывало раздражение генерала Дитерихса, для которого уже все было ясно. Первое, что сделал новый начальник — вызвал Сергеева на «ковер» (22 января 1919 года) и устроил ему выволочку за то, что тот не дал заключения об убийстве всей Царской семьи. Генерала особенно раздражало то, что Сергеев категорически отрицал причастность к убийству в Екатеринбурге центральной советской власти в Москве и говорил, улыбаясь, что просто смешно об этом думать.

Эта улыбка и решила его судьбу — 23 января 1919 года, т. е. на следующий день, Дитерихс потребовал передать ему «все подлинное производство по делу убийства бывшей Царской семьи и членов Дома, вещи и материалы, принадлежащие членам Семьи и состоявшим при них приближенным лицам, также убитым».

Правда, как выяснилось в настоящее время, Дитерихс сделал это не по своей инициативе, а по личному приказу адмирала Колчака, которому он и передал все следственные материалы.

Несмотря на скудность доказательного материала и отсутствие трупов, несмотря на то, что главный и единственный свидетель Павел Медведев еще не был допрошен, министр юстиции Старынкевич в начале февраля 1919 г. поторопился отправить в Париж в Союзнический совет отчет о расследовании в Екатеринбурге. Кратко пересказав материалы следствия, полученные следователем Сергеевым, министр вынужден был упомянуть о слухах, распространившихся не только в Сибири, но и на Западе:

«Несмотря на все факты, доказывающие несомненность наличия гнусного убийства, целый ряд лиц утверждает, что члены Царской семьи не были расстреляны, а были перевезены в Пермь или Верхотурье. Ввиду этого было произведено специальное расследование, которое, однако, не подтвердило эти слухи, так как не нашлось ни одного лица, которое само бы видело отъезд Царской семьи».

То, что министр вынужден был упомянуть об этих слухах, показывает, как широко они распространились.

Так появилась версия исчезновения Царской семьи из дома Ипатьева в Екатеринбурге, превратившая эту историю в легенду и вызвавшая появление целой толпы самозванцев. Версия эта появилась уже в самом начале белогвардейского расследования, но ее призрак витал и витает до сих пор над всем «Царским делом».^[5]

Капитан Д.А. Малиновский, первым взявшийся за поиски трупов, позднее, на допросе у следователя Н.А. Соколова (17–18 июля 1919 года), показал: «В результате моей этой работы по этому делу у меня сложилось убеждение, что Августейшая Семья жива. Мне казалось, что большевики расстреляли в комнате кого-нибудь, чтобы симулировать убийство Августейшей Семьи, вывезли ее по дороге на Коптяки, так же с целью симуляции убийства, здесь переодели ее в крестьянское платье и затем увезли отсюда куда-либо, а одежду Ее сожгли. Так я думал в результате моих наблюдений и в результате моих рассуждений… Мне и казалось, что все факты, которые я наблюдал при расследовании — это симуляция убийства…я не мог, и сейчас не могу себе представить, чтобы власть в Германской империи не приняла никаких мер к спасению Императрицы, немки по крови, связанной узами родства с Германским императорским Домом, а через нее и Императора и Их Семью. В то время Германия была сильна и я представлял себе, что, просто-напросто, вывезли Августейшую Семью куда-либо, симулировав ее убийство».

Так, впервые была высказана еще одна точка зрения, по поводу исчезновения семьи Романовых или замены ее "двойниками". Проблема уж не такая абсурдная, если учесть тот факт, что императорская семья имела двойников. И одними из таких двойников была семья Филатовых.^[6]

В Екатеринбурге было почти всеобщее убеждение, что Царскую семью увезли и для отвода глаз кого-то расстреляли в доме Ипатьева. Увезли ее, несомненно, по дороге мимо Коптяков. К этому убеждению пришел и я (сообщает на допросе белогвардейский офицер Л.Н.Попов -Шабельский, допрошенный 4 июня 1921 года, следователем Н.А.Соколовым)…В Самаре, которая была в руках у чехов, мне чешская контрразведка (не помню кто именно) говорила: «Царская семья разделилась, и они спаслись, уехав в разные стороны»…Один эсер обратился однажды к Троцкому с ходатайством об освобождении каких-то арестованных. Троцкий ему ответил: «Отстаньте! Какие арестованные? Царя украли!»

Ротмистр Григорий Григорьев мне говорил, что Юлия Александровна Ден получила от Великой княжны Ольги Александровны письмо с датой от 5 ноября 1918 года, в котором она писала Ден, что все живы».

Не верил в расстрел Царской семьи и допрошенный следователем Сергеевым Сакович. Сакович был далеко не рядовым свидетелем: при советской власти в Екатеринбурге он был комиссаром здравоохранения при Уральском областном Совете депутатов и присутствовал на его заседаниях, когда принималось решение о расстреле Николая II и когда Юровский рассказывал о выполнении этого решения.

Отсутствие расстрела царской семьи доказывают и некоторые современные источники историко-правовой науки. Так, например, непосредственный участник расстрела царской семьи П.З. Ермаков перед смертью, в мае 1952 года заявил: “Хочу, чтобы вы знали, тогда, в 1918 году в доме Ипатьева мы никого не убивали.."^[7] Другой, непосредственный участник расстрела П. Л. Войков, будучи в ранге посла СССР в Польше и убитый Б.С.Ковердой в июне 1927 года, неоднократно в частных разговорах подчеркивал, что мир никогда не узнает, что мы сделали с Царской семьей.^[8] Версии спасения царя изложены в книге Смайта "Спасение царя", вышедшей в США в июле 1920 года, в которой автор рассказывает о спасении царской семьи английскими спецслужбами. По утверждению Джеймса Смайта был прокопан туннель из Ипатьевского дома в находившееся неподалеку здание британского консульства.^[9]

Возникает естественный вопрос почему белогвардейская пропаганда тоже была заинтересована в гибели Романовых, а не в фактах ее спасения. На этот вопрос отвечают английские журналисты А. Саммерс. и Т. Мангольд . Они в своей книге так оценили ситуацию с пропагандой версии расстрела царской семьи: "Совершенно очевидно, что в интересах белых было принять факт гибели всей семьи. В качестве пропаганды это служило двойной цели: разоблачения Большевиков как гнусных убийц беззащитных женщин и детей и в тоже время придания Романовым ореола мучеников".^[10]

Исходя из вышеизложенного, необходимо отметить, что в историко-правовой литературе на сегодня существуют многочисленные версии "расстрела" царской семьи. Если попытаться объединить эти многочисленные версии, то можно выделить следующие:

Первая: В ночь с 16-го на 17-е июля (час ночи) 1918 года была полностью расстреляна семья Николая II и несколько человек из обслуживающего персонала.

Вторая: Был расстрелян император Николай II, люди из обслуживающего персонала, а императрица Александра Федоровна, четверо дочерей и сын цесаревич Алексей были спасены и долгие годы проживали инкогнито за рубежом.

Третья: Император и его семья никогда не были расстреляны, но сам этот факт является государственной тайной и не только нашего государства, но и многих королевских домов Европы и срок ее действия истекает в июле 2018 года, когда исполняется ровно 100 лет со дня этого события.^[11]

Четвертая: Спастись удалось только дочери императора Анастасии Николаевне.

Проанализировав сам факт "расстрела" и десятки источников, касающихся этого события, было выявлено более 20 фактов, плохо вписывающихся в общепринятую концепцию расстрела. К ним можно отнести следующие, расположив их по степени важности:

1. Отказ членов правительственной комиссии созданной сначала под председательством Ю.Ф. Ярого, а затем и под председательством Б.Е. Немцова подписать протокол об идентификации якобы царских останков (из 22 членов комиссии было высказано 4 особых мнения, специалисты историки требовали проведения полноценной исторической экспертизы).

2. Отказ использовать при анализе ДНК крови императора на рубашке Николая II предоставленной японскими учеными (г. Оцу). Скандал с анализом ДНК, сделанным в Англии (газеты Англии сентября 1993 г.). Обвинение спецслужб России подставивших ученых производивших анализ ДНК в Великобритании.

3. Позиция Русской Православной Церкви (Алексий II) и отказ участвовать в захоронении неизвестно чьих останков (уровень священников присутствующих на церемонии захоронения не выше протоиерея!).

4. Отказ членов династических родов Европы связанных кровными узами с Романовыми прибыть на церемонию захоронения останков.

5. Что из себя представляют секретные приложения к Брестскому мирному договору от 3 марта 1918 г. (ст. 21), не касались ли они судьбы императрицы и ее детей? Или в отношении «семьи» была какая-то устная договоренность? Сохранение секретности этих документов почти 100 лет.

6. У членов царской семьи было 6 фотоаппаратов фирмы «Кодак». Имели все, кроме цесаревича Алексея. В описи вещей они указаны, кроме этого фотоаппарат был у участника расстрела Белобородова. Где фотографии трупов и самого расстрела императора? Кто видел эти фотографии?

7. Сколько раз вскрывали могилу царской семьи в Ганиной Яме под Екатеринбургом? Что за материалы (700 стр.) хранятся в архиве ФСБ РФ в которых описывается вскрытие этой могилы в 1946 году? Почему не допустили членов правительственной комиссии (академик РАН В.В. Алексеев) к этим документам? 

Источник: а) газета «Новая хроника», № 44, 3 ноября 1995 г.; б) меморандум Российской зарубежной экспертной комиссии, подписанный П.Н. Колтыпин-Валловским (пред.), князем Алексеем Щербатовым, проф. Евгением Магеровским.

8. Вопрос о «двойниках» семьи Романовых. Расстрел был, но расстреляли заранее подмененных семью Филатовых. У Николая II «двойники» появились после кровавого воскресенья 1905 года. Это были специально подобранные семьи.

Источник: В. Винер, профессор Российской академии истории и палеонтологии. Статья «Двойники Романовых» в книге Владлена Сироткина «Анастасия или кому выгоден миф о гибели Романовых». М., изд-во «Эксмо» – «Алгоритм», 2010. С. 30.

9. Стопроцентное подтверждение (суд в Дюссельдорфе) ДНК наследников Филатовых и «царских останков» (экспертиза проводилась Президентом Международной ассоциации судебных медиков г-ном проф. Бонте из Дюссельдорфа).

10. Отсутствие трупов после расстрела в 1918 году? Все они были расчленены и обезображены, чтобы невозможно было их идентифицировать.

11. Материалы Латвийской и Грузинской экспертиз, проведенных специалистами на самом высоком уровне, в отношении идентификации Н.П. Болиходзе и Анастасии Романовой.

12. Книга А.Н. Романовой «Я – Анастасия Романова». М., изд-во «Воскресенье», 2002 г. (воспоминание о встрече с отцом, императором Николаем II).

13. Встреча В.В. Путина с А.Н. Романовой, ее запрос на выступление в Государственной Думе в 2002 году и передача 5,5 тонн золота Романовых в «банке братьев Беринг» в Лондоне.

14. «Спокойствие» вдовствующей императрицы Марии Федоровны Дагмар по поводу убийства ее сыновей Николая II и Великого князя Михаила (ни одного выступления в печати).

15. Воспоминания Серго Гегечгори (сына Лаврентия Берии) автора книги «Мой отец – Лаврентий Берия». М., о встрече в Большом театре (до войны) с Анастасией (глава 9-я, изд-во «Современник», 1994 г., в современном издании этой книги, М., изд-во «Алгоритм», 2013 г. – этой главы нет).

16. Секретный разговор между И. Сталиным и Л. Берия (1943 г.) о необходимости захоронить и «создать» останки Романовых. Современные радиобиологические исследования установили, что останки «свежие» им не 90 лет, как должно быть, а 50 лет, что свидетельствует о фальсификации захоронения.

17. Материалы расследования, которые не доводят до общественности. Другое направление, которое свидетельствует, что расстрела не было (Начальник уголовного розыска г. Екатеринбург А.Ф. Кирста). В исторической науке говорят только о двух направлениях: П. Быков – большевистское, А.Ф. Соколов – белогвардейское.

18. По свидетельствам священников, присутствовавших на богослужении в Ипатьевском доме, изменился внешний вид государя и великих княжон. Заметны также были особенности в поведении на последнем богослужении.

19. Удивляет и сам факт расстрела в комнате размером 23 кв. м., присутствовало 33(?!) человека, стреляли (по некоторым данным) из пулемета, наганов, маузеров. Было выпущено более 700 патронов и ни одного рикошета?

20. Единственный человек, который присутствовал при казни (это подтверждается точно) был П. Медведев (пропал неизвестно куда?), Я. Юровский был неграмотный, имел всего 2 класса еврейской школы, его показания были написаны историком КПСС М.Н. Покровским, он только подписал их.

21. Личная встреча с участником расстрела П. Ермаковым тоже наводит на некоторые сомнения. Доцент Жуков Владимир Михайлович (Свердловский юридический институт) рассказывает, что неоднократные личные встречи в П. Ермаковым дают противоречивые данные расстрела. До войны (1941–1945 гг.) он утверждал, что лично из маузера застрелил Николая II, в послевоенный период, что только участвовал в расстреле, но в кого стрелял, не помнит.

22. Любопытным является и высказывание одного из участников расстрела царской семьи, впоследствии посла СССР в Польше, убитого монархистом Ковердой в 1927 г.: «Мир никогда не узнает, что мы сделали с царем…».

Указанные факты ставят под сомнение совершение этого злодеяния. Возможно, мы являемся свидетелями чудовищной фальсификации, изменившей ход мировой истории. Самому автору в устной беседе в Архиве Президента Российской Федерации было замечено, что подлинная история расстрела царской семьи будет известна в июле 2018 г., когда пройдет 100 лет. Думается, что аргументированные и убедительные ответы на поставленные вопросы будут соответствовать понятию подлинная историческая истина.

В подтверждение этой даты хотелось бы привести высказывание члена П равительственной К омиссии, академика РАН Вениамина Васильевича Алексеева (журнал «Мир истории», 2002, № 12). «В Датском Королевском архиве находится досье тридцатилетнего суда по «Делу Анны Андерсон». Оно содержит уникальные свидетельства обо всей романовской трагедии. Во время одной из командировок в эту страну, – пишет академик В. В. Алексеев, меня долго «пытала» корреспондента королевской газеты о том, что можно добавить устно к моим публикациям по царскому делу. Удовлетворившись результатами, она предложила мне в качестве благодарности просить ее о любой услуге. Я обратился за помощью в доступе к заветному досье. Она сказала, что нет ничего проще, но на следующий день сконфуженно сообщила, что документы помечены грифом строгой секретности на 100 лет! (срок истекает в июле 2018 г. – А. С.)».

Видимо венценосные родственники Романовых тоже знают об этой международной тайне и не хотят ее разглашать раньше установленного срока.^[12]

Возвращаясь к юридическому обоснованию возбужденного 100 лет назад уголовного дела, по поводу убийства большевиками царской семьи, необходимо восстановить хронологию и последовательность возбуждения уголовного дела с целью установления исторической истины рассматриваемого события. А это последовательность было следующей:

1. 30 июля 1918 года было возбуждено уголовное дело, которое называлась: "Дело об убийстве бывшего императора Николая II и членов его семьи". ("Белые" вошли в Екатеринбург 25 июля 1918 года.) Следствие было поручено следователю А. П. Намёткину.

2. 12 августа 1918 года он был отстранен от следствия, затем был назначен следователь И.А. Сергеев, который проработал несколько месяцев. Затем адмирал Колчак подключил к следствию генерала Дитерихса (30 декабря 1918 года) и новым следователем был назначен Н.А. Соколов.

3. 17 января 1918 года был назначен политическим куратором следствия генерал-лейтенант Дитерихс. 22 января 1919 года Дитерихс вызвал И.А. Сергеева на "ковер" и устроил ему выволочку за то, что тот не дал заключение об убийстве всей царской семьи.

4. 23 января 1919 года, Дитерихс потребовал передать "всё подлинное производство по делу убийства бывшей царской семьи"...

5. 11 февраля 1919 года в Перми был задержан Главный свидетель и единственный очевидец и участник расследуем и событий в. С. Медведев. Сергеев всё же успел допросить Медведева и получил единственное свидетельство человека, видевшего трупы расстрелянных в доме Ипатьева своими глазами.

6. 20 февраля 1919 года следователь Сергеев был отстранен от следствия за отсутствие результатов работы и обвинение в некомпетентности (см. Юрий Сенин, с.38)

7. 7 февраля 1919 года по ходатайству М.К. Дитерихса и по указанию А.В. Колчака Н.А. Соколов назначен следователем по особо важным делам Омского окружного суда и получил предписание Министра Юстиции Старынкевича приступить к производству предварительного следствия по делу об убийстве бывшего царя, его семьи, также великих князей, убитых в Алапаевске..^[13]

8. С 8 марта по 11 июля 1919 года Н.А. Соколов проводил следственные действия в городе Екатеринбурге. Прибыв в Екатеринбург, он посетил рудник; здесь он обнаружил вещи и предметы, которые были приближенными к царской семье, лицами П.А.Жильяром, Т.И.Чемодуровым и другими…

9. 11 июля 1919 года Н.А. Соколов получил приказ М. К. Дитерихса выехать из Екатеринбурга и вывести все акты подлинных следственных производств вместе с вещественными доказательствами...

Екатеринбургское расследование закончилось заключительным выводом Н.А. Соколова: "Определить возможное местонахождение трупов августейшей семьи, при наружном осмотре данной местности, или частей сих трупов,  буде ("если бы" в современном языке) самые трупы разчленялись или уничтожались не представляется возможным.."^[14]

Наступил Парижский этап следствие дело об убийстве семьи Романовых. Он характеризуется допросами многих лиц, знавших Романовых лично.

16 июня 1920 г. Н.А. Соколов прибыл в Париж. Здесь, за рубежом, куда переместились многие бывшие политические и государственные деятели России, для Н.А. Соколова открылись новые перспективы в расследовании обстоятельств гибели царской семьи. Уже через месяц после прибытия в Париж он допросил князя Г.Е. Львова — первого председателя Временного правительства России В 1924 г а Париже, в издательстве господина Пайо. на француз­ском языке вышла книга Н.А. Соколова «Enquete Judiciaire sur L`Assassinat de la Famille imperiale Russe».

«Накануне выхода книги у издателя Пайо появились три солидных господина, которые заяви­ли. что принятая Пайо к изданию книга не должна выходить по простым причинам: в ней изложены недоказанные, недостоверные факты, не представляющие никакого общественного интереса, и. вообще, издатель может потерпеть крах, если рассчитывает на прибыль от этого издания»^[15]

Кто эти ходатаи о недопущении книги Н А. Соколова? Это были князь Г.Е Львов министр-председатель Временного правительства России, В А Маклаков бывший комиссар Временного комитета Государственной Думы, посол во Франции, и П Н. Милюков — историк, профессор, министр иностранных дел бывшего Временно­го правительства. Чего они боялись? Ответ можно найти в документах следствия по делу об убийстве императора Николая II и его семьи. В томах, № 9 и 11 следствия по делу об убийстве отрекшегося императора Николая II и его семьи сосредоточены уникальные документы, раскрывающие мотивы Временного правительства. принявшего отречение Николая II. затем арестовавшего государя и его семью.

В 1920-1922 гг. в Париже Н.А. Соколов допросил Г.Е. Львова, А.Ф. Керенского, А.И. Гучкова, П.Н. Милюкова. Бывшие члены Временного правительства, причастные к судьбе императора Николая II и его семьи, оставили мемуары, в которых отразили свое участие в отречении императора, аресте и заключении царской семьи. Но еще до написания своих мемуаров они давали показания следователю Н.А. Соколову. Так, в протоколе допроса Г.Е. Львова от 6-30 июля 1920 г. Н.А. Со­колов записал следующее свидетельство о мотивах Временного правительства по поводу ареста императора Николая II: «Временное правительство не могло, конечно, не принять некоторых мер в отношении главы государства, только что потерявшего власть. Эта мера, принятая в отношении императора и его супруги по постановлению Временного правительства, состояла в лишении их свободы. Я бы сказал, что принятие ее в тот момент было психологически неизбеж­ным, вызываясь всем ходом событий.

Нужно было оградить бывшего носителя верховной власти от возможных эксцессов первого революционного потока».

14-20 августа 1920 г. Н.А. Соколов допросил А.Ф. Керенского, и он рассказал следующее: «Сообщение об отречении Николая II, имевшее место в Пскове 2 марта, было сообщено временному комиссару Государственной Думы и Временному правительству по прямому проводу в ночь на 3 марта. Отрекаясь от престола, царь обратился в то же время к князю Львову с письмом, в коем он отдавал себя и свою семью под покровительство Временного правительства. В первые дни революции не было принято решительно никаких мер ни в отношении самого Николая II, ни в отношении Александры Федоровны. Это объяснялось теми настроениями, какие были тогда в отношении их у Временного правительства. Старый строй рухнул столь решительно, факт этот был столь быстро и общепринят всей страной, без малейшей попытки со стороны кого бы то ни было защищать его, что личность Николая II совершенно не внушала каких-либо опасений Временному правительству.^[16]

Опуская многие детали, установленные позднее в 1920 -30 годы, важно отметить, что следствие в целом приостановилась на целые 50 лет! Лишь в начале 1993 года было издано Распоряжение Совета Министров правительства РФ от 23 октября 1993 года № 1884-р.^[17] Согласно которому было принято решение о создании Комиссии по изучению вопросов, связанных с исследованием и перезахоронение останков российского императора Николая II и членов его семьи. Генеральной прокуратурой было возбуждено уголовное дело №18/123666-93.

Нет сомнения в том, что в таком чрезвычайно важным деле должно быть заключение эксперта, то есть "представленные в письменном виде содержание исследования и выводы по вопросам, поставленным перед экспертным лицом, ведущим производство по уголовному делу".^[18]

Следовательно, экспертиза устанавливаются для того, чтобы привлечь необходимые специальные познания. В данном случае - в области исторической науки. Но такая экспертиза не была проведена! Главным действующим лицом здесь был следователь, но он должен был опираться на результаты исторической экспертизы, которая так и не была проведена и послужила основанием, так называемых "особых мнений" специалистов -историков, членов Правительственной К омиссии. Говоря о правовой оценке решения вышеназванной Правительственной К омиссии необходимо отметить, что "прежде всего, вызывает сомнение компетентность Комиссии: может ли она в данном составе рассматривать вопросы такой сложности. Из 22 членов комиссии - 12 являлись чиновниками различных государственных ведомств, по-видимому не обладающих специальными познаниями и квалификацией, необходимыми для разрешения вопросов, рассматриваемых Комиссией. Обращает на себя внимание и отсутствие в составе Комиссии представителей юридической науки и практики.

2. Непонятно, что означает термин «протокольное решение» Комиссии, чем оно отличается от обычного решения, которое должно быть принято по итогам заседания Комиссии.

3. Недопустимо лаконично, без должной характеристики и анализа составлена описательная часть решения. Политическая, историческая и правовая значимость рассматриваемого вопроса, безусловно, предполагает подготовку глубокой и развернутой характеристики процесса и результатов научного и правового исследования проблем, для рассмотрения которых была создана данная Правительственная Комиссия.

4. В пунктах 2 и 3 принятого решения Комиссия явно вышла за пределы своей компетенции

Конституция Российской Федерации (ст. ст. 118, 120), уголовно-процессуальное законодательство (здесь указаны статьи старого УПК РФ. В ноябре 2001 года Госдума приняла новый УПК, который вступил в действие с 1 июля 2002 г.) (ст.ст. 13, 16 УПК РФ), закрепляя принципы осуществления правосудия только судом и независимость судей и подчинения их только закону, а также процессуальную самостоятельность следователя и его подчинение по расследуемым им делам только органом прокуратуры и суда (ст.ст. 127, 220−2), не допускает какого-либо вмешательства любых государственных органов и должностных лиц в принятие решений по уголовным делам, находящимся в производстве следователя и суда.

Исходя из вышеизложенного, при наличии возбужденного уголовного дела, расследование по которому проводится следователем и еще не закончено, Комиссия не могла давать официальную оценку степени доказанности фактов, являющихся предметом уголовно-процессуального расследования. Такую правовую оценку может делать либо суд, куда после завершения расследования, по общему правилу, направляются уголовные дела, расследование по которым закончено, либо следователь, с согласия прокурора, если уголовное дело прекращается следователем и в суд не направляется.

По той же причине Комиссия не могла решать второй правовой вопрос — о принадлежности останков девяти человек из группового захоронения членам Царской Семьи и лицам из Их окружения. Данный вопрос входит в предмет доказывания по расследуемому уголовному делу, носит правовой характер, и его решение относится к исключительной компетенции следователя и суда. Поэтому для того, чтобы решение Правительственной Комиссии в этой части имело легитимный характер, оно должно основываться на выводах предварительного следствия и суда, которые к моменту принятия решения отсутствовали.

5. Комиссия также вышла за пределы своей компетенции, приняв решение о возможности захоронения останков лиц, обнаруженных под Екатеринбургом до окончания предварительного следствия и принятия правового решения по делу. Указанные останки представляют собой вещественные доказательства по уголовному делу, и их судьба в соответствии с нормами уголовно-процессуального законодательства (ст. ст. 83−86 УПК РФ) должна быть решена в приговоре или в определении о прекращении дела судом или следователем. Такого решения на момент заседания Правительственной Комиссии вышеуказанные правоохранительные органы не приняли.

6. С учетом вышеизложенного предметом рассмотрения Правительственной Комиссии могли быть не различного рода справки, не имеющие юридического значения, а документы, отражающие официальные результаты завершенного предварительного расследования или судебного рассмотрения дела, т. е. постановление следователя, приговор или определение суда.

7. Какое решение вправе была принять Правительственная Комиссия?

Рассмотрев вышеуказанные документы предварительного следствия или суда, Правительственная Комиссия могла принять их только к сведению. А решение о месте захоронения могла принять только при условии, что обнаруженные под Екатеринбургом останки процессуальным решением следователя или приговором суда признаны останками, принадлежащими Семье Романовых и лицам из Их окружения. В силу вышеизложенных обстоятельств рассматриваемое решение Правительственной Комиссии не может быть признано правомерным и подлежит пересмотру.

Деятельность комиссии не совсем понятна юристам, поэтому необходим правовой анализ справки о результатах экспертного исследования костных останков из Места захоронения, обнаруженного под Екатеринбургом 11−13 июля 1991 года.

1. Представленная правительственной Комиссии экспертная «Справка» не имеет характера правового документа, т.к. суждение экспертов по результатам проведенной экспертизы должно выражаться только в форме экспертного заключения. Тем не менее, в условиях отсутствия указанных заключений, анализ этой справки, представляет определенный интерес с точки зрения доказательственного (правового) значения полученных экспертами результатов.

2. Прежде всего, возникает вопрос о выходе экспертов за пределы своей научной компетенции.

Например, в справке (стр. 2) указывается, что результаты многочисленных экспертных исследований рассматривались судебно-медицинской экспертной комиссией, в которую вошли только представители судебно-медицинской науки. В то же время данная комиссия рассматривала результаты не только судебно-медицинских и молекупярно-генетических, но и трассологических и баллистических исследований. Т. е. по сути дела речь шла об оценке результатов комплексных медико-криминалистических исследований. Почему же тогда в состав экспертной комиссии не были включены эксперты-криминалисты и специалисты в области судебной баллистики.

Все вышеизложенное позволяет сделать вывод о том, что заключение экспертной комиссии о безусловной достоверности выполненных идентификационных исследований нуждается в серьезной критической оценке и дополнительной проверке существующими методами научной идентификации. Что же касается доказательственного значения предложенного комиссией вывода, то он может рассматриваться только как вероятное заключение экспертов.

Это означает, что заключение комиссии судебных экспертов может восприниматься как доказательство по рассматриваемому делу лишь при условии, что это заключение найдет подтверждение иными доказательствами, собранными в процессе предварительного расследования. А эти иные доказательства, как видно из изученных нами материалов, являются немногочисленными и весьма противоречивыми.

Продолжая далее юридический аспект деятельности комиссии, можно согласится с мнением профессора Бастрыкина А.И об Оценке собранных по делу доказательств.

Собранные по рассматриваемому делу доказательства отличаются немногочисленностью, односторонностью и противоречивостью.

Следователь Генеральной прокуратуры В.Н.Соловьев ограничился в основном доказательствами, собранными в свое время судебным следователем Н.А.Соколовым, изучением архивных материалов и производством судебных экспертиз. К сожалению, им не выполнен возможный комплекс следственных действий, направленных как на подтверждение воспринятой им версии, что обнаруженные останки принадлежат членам Царской Семьи и лицам из Ее окружения.

Собранные следователем В.Н.Соловьевым доказательства отличаются односторонностью, поскольку в процессе расследования следователем воспринимались и фиксировались только те доказательства, которые укладывались в единственную версию, которая и составила основу расследования. Иные возможные теории, в частности, версия о том, что в обнаруженном захоронении могли находиться останки других лиц, следователем Генеральной прокуратуры, как уже отмечалось, не выдвигались и, соответственно, доказательства по ним не собирались.

В результате, имеющиеся по делу доказательства характеризуются крайней противоречивостью. Это проявляется в том, что имеются не устраненные серьезные противоречия: в воспоминаниях у частников расстрела и захоронения Царской Семьи, между этими воспоминаниями и выводами судебного следователя Н.А.Соколова, между доказательствами, собранными следователем В.Н.Соловьевым и выводами судебного следователя Н.А.Соколова и, наконец, между доказательствами, собранными в процессе нынешнего расследования. Эти противоречия касаются основных элементов предмета доказывания по уголовному делу: главные участники расследуемых событий дают различные показания относительно времени расстрела Царской Семьи, роли каждого из них в этой акции, конкретного механизма совершенного преступления, способа уничтожения и захоронения тел погибших.

Это — существенные противоречия, без устранения которых, нельзя утверждать, что расследование по делу проведено объективно и всесторонне, считает д.ю.н.,профессор Бастрыкин А.И. В руководящих разъяснениях высших судебных инстанций неоднократно указывалось, что в процессе расследования, подлежат тщательной проверке все возможные версии об обстоятельствах преступления и виновных лицах, и обвинительное заключение и приговор суда не могут основываться на противоречивых доказательствах, касающихся существенных доказательств дела.^[19]

На нарушение процессуальных гарантий и порядок расследования уголовного дела обратили внимание и многие другие юристы -процессуалисты Российской Федерации. Так, д.ю.н., профессор Прошляков А.Д., заведующий кафедрой уголовного процесса УрГЮУ (г. Екатеринбург) 1) Президиум Верховного Суда РФ принял постановление в порядке надзора, но при этом выступил по сути в качестве суда первой инстанции, хотя принимать решение по существу поставленного вопроса не просил даже представитель семьи Романовых; 2) Казнь Романовых формально не подпадает под действие закона "О реабилитации жертв политических репрессий", поэтому следует признать, что к ним данный законодательный акт применён по аналогии, Хотя по общему правилу применение по аналогии специальных законов не допускается; 3) Признание членов семьи Романовых жертвами политических репрессий вступило в противоречие с постановлением следственного комитета РФ о прекращении уголовного дела 1993 года, поскольку органы следствия сделали вывод, что казнь Романовых - это обычное убийство. Если же следовать логике Президиума Верховного Суда РФ, это не простое убийство, а деяние власти, при котором действия непосредственных исполнителей должны оцениваться совершенно иначе. Поэтому постановление о прекращении уголовного дела пришлось уточнять; 4) Признав членов семьи Романовых жертвами политических репрессий, высшая российская судебная инстанция оставила открытым вопрос о признании таковыми тех, кто был убит вместе с Романовыми - врача Боткина, комнатной девушки Демидовой, лакея Труппа, повара Харитонова; 5) В постановлении Президиума Верховного Суда РФ от 1 октября 2008 года указано неправильное официальное наименование государства Российская Советская Федеративная Социалистическая Республика, хотя в июле 1918 года наше государство именовалось несколько иначе Российская Социалистическая Федеративная Советская республика. Это ошибка весьма красноречиво говорит о том, что без крайней на то необходимости не стоит "вторгаться" в историю средствами и методами уголовно-процессуального расследования, которое, в отличие от исторического, требует однозначных, точных и ясных выводов. Историки имеют право на предположительное суждение (в том числе - и о подлинности обнаруженных останков, которые до сих пор не признают Русская православная церковь), чего ни в коем случае не может быть в рамках уголовного дела.^[20]

Сомнение высказаны не только в легитимности расследования, о чем уже упоминалось выше, но и в легитимности Постановления Президиума Верховного Суда РФ от 1 октября 2008 года, когда члены семьи Романовых были признаны жертвами политических репрессий и реабилитированы на основании закона “О реабилитации жертв политических репрессий”. Это решение, которое уже является окончательным и дальнейшему обжалованию не подлежит. Высказывались, в том числе в центральной периодической печати, мнения юристов о нелегитимности, с точки зрения юридической науки, решения Правительственной К омиссии, не являющейся юридическим органом. В соответствии с Конституцией РФ 1993 года (статья 118) такое решение мог вынести только суд.

Созданная в начале 1990-х годов Правительственная К омиссия, считает полковник военной юстиции Н.И. Афанасьев, по факту расстрела царской семьи Романовых, была нелегитимна и действовала в обход, существующего в тот период времени, законодательства. По его мнению, комиссия вообще была не правомочна давать свидетельство о смерти в обход судебного решения (поскольку оно не являлось судебным органом -отмечено А.С.) тем более по вопросу столь чрезвычайной важности, затрагивающим интересы России.^[21]

Высказанные многочисленные юридические замечания - это только часть правовой оценки этих событий вообще. И более, или менее, грамотный юрист выскажет и другие свидетельствующие аргументы, мягко говоря о правовой безграмотности составленных документов.

В заключении хотелось бы сделать некоторые выводы, касающиеся именно юридического аспекта проведённого расследования.

Выше приведенные данные свидетельствуют о том что Они нуждаются в дополнительной юридической проверке.

1. Все вышеизложенное позволяет утверждать, что обстоятельства, связанные с обнаружением останков неизвестных лиц в окрестностях Екатеринбурга нуждаются в дополнительной проверке путем производства дополнительного расследования.

2. Основными направлениями этого дополнительного расследования должны являться: выдвижение и проверка всех возможных версий об обстоятельствах гибели и захоронения группы лиц, обнаруженных под Екатеринбургом, проведение дополнительных экспертных исследований, в том числе использование возможностей исторической экспертизы, направленных на бесспорную идентификацию погибших, и комплекс собственно следственных действий, направленных на устранение вышеуказанных противоречий в системе доказательств и на устранение объективной истины по делу.

3. По мнению профессора А.И.Бастрыкина, указанный комплекс следственных действий должен обязательно включать в себя: комплексную ситуационную экспертизу, направленную на реконструкцию обстоятельств расстрела и захоронения и версию следователя Н.А.Соколова о маршруте перевозки, способе уничтожения и захоронения -расстрелянных, тщательной повторный осмотр урочища Четырех Братьев, где, по версии Н.А.Соколова, были уничтожены тела погибших.

4. Отдельный комплекс следственных действий должен быть направлен на проверку версии о том, что под Екатеринбургом были захоронены другие лица, не имеющие отношения к Семье Романовых и их окружению.

5. Безусловно, самостоятельным направлением расследования должна быть проверка версии о спасении членов Царской Семьи. Эта версия должна проверяться путем допросов всех лиц, подтверждающих факт такого спасения, лиц, претендующих на принадлежность к Царской Семье, а также путем дополнительного изучения отечественных и зарубежных архивов.^[22]

6. Дело по расследованию Царской семьи Романовых являлось политическим заказом советского коммунистического правительства.

7. Необходимо проведение отдельного исследования по поводу исчезновения Царской семьи Романовых. Процессуально заверенных документов по поводу этой версии, в настоящий момент, достаточно.

8. Большое конституционное значение будет иметь и правильно, юридически грамотно составленные, документы расследования об убийстве Царской семьи в Екатеринбурге летом 1918 года.

Одна из сложнейших, запутанных дел, доставшиеся от большевистского режима, наконец-то через 100 лет должно быть разрешено!И прав был один из участников этого события Роберт Вильтон, отмечавший: что в летописях уголовных преступлений не встречается другого такого преступления,в котором бы авторы его употребили столько уловок и столько предусмотрительностей, чтобы уничтожить все улики своего злодеяния или навести исследователя на ложный след,как избиение семьи Романовых. В этом деле они:

1.Придумали и выпустили ложное объявление народу;

2.Уничтожили тела своих жертв;

3.Организовали "похороны";

4.Устроили инспирированный  ложный суд над мнимыми убийцами.

И тем не менее, Несмотря на все хитрости и всю их ложь они не избежали участи мелких и жалких убийц. Все предосторожности, принятые советами, ни к чему не привели.^[23]